Что у нас с БАСом?

В Оксфордском словаре в четыре раза больше слов, чем в БАСе — Большом академическом словаре русского языка. «Великий и могучий» полон английских заимствований. Школьники перестали понимать Пушкина. Что происходит с русским языком? Рождает ли он новые слова? Почему наши словари такие тонкие? На эти вопросы «РГ» отвечает один из авторов Большого академического словаря русского языка — знаменитого БАСа Людмила Кругликова.

Как считают словарный запас? Почему Оксфордский словарь такой толстый?

Поэтому вывод о бедности русского языка и богатстве английского на том основании, что Большой академический словарь русского языка (БАС), который начал выходить в 2004 году (опубликовано 22 тома из предполагаемых 33), будет содержать 150 000 слов, а Оксфордский (Тhe Oxford English Dictionary, сокращенно OED) — 600 000, не что иное, как обман. БАС отражает лексику только современного литературного языка, а Оксфордский словарь — слова всех разновидностей и всех вариантов (американского, канадского и т. д.) английского языка начиная с 1150 года, включая мертвые.

А сколько слов в русском языке, если считать по-английски?

Людмила Кругликова: Если мы добавим к 150 000 слов современного русского литературного языка, например, еще и диалектные слова, то получим уже 400 000 слов.

Как объяснить тот факт, что один из самых известных английских словарей Вебстеровский стал резко худеть, и время «похудения» пришлось на Вторую мировую войну и начало «холодной»?

Людмила Кругликова: Не стоит искать в лингвистических процессах какую-то политику. Вебстеровский словарь, появившийся в 1909 году, содержал 400 000 английских слов. В его втором издании (1934 год) содержится 600 000 слов, в третьем (1961 год) — 450 000 слов. На основании этого можно заявить, что с 1934 года началось катастрофическое вырождение английского языка. А причина таких резких скачков всего лишь в том, что у второго и третьего изданий были разные редакторы, а у них разные принципы подхода к отбору слов.

На сайте издательской фирмы Merriam-Webster сказано: «Считается, что словарь английского языка включает примерно миллион слов». Это честная цифра?

Людмила Кругликова: Большинство лингвистов восприняло такую оценку с долей юмора, а некоторые сказали, что они не были бы удивлены, если бы он оценивался в четверть миллиона.

Откуда тогда взялся миллион?

Людмила Кругликова: Начиная с 2006 года некто Дж. Дж. Паяк, специалист по маркетингу и аналитике, основатель компании Global Language Monitor неоднократно заявлял о том, что скоро будет зафиксировано миллионное слово английского языка. Таким словом стало, по версии Паяка, «Web 2.0», которое является техническим термином. Кстати, уже есть и Web 3.0, а в Сети идет речь о скором появлении Web 4.0, Web 5.0. Если включать все подобные образования, то скоро можно будет говорить о миллиардном слове английского языка.

Как англичане и американцы относятся к таким сенсациям?

Людмила Кругликова: Приведу высказывание Нунберга, лингвиста из Школы информации в Калифорнийском университете в Беркли: «Наше восхищение необъятностью английского языка возникает из своего рода лингвистического империализма — ощущения, что «наши словари больше, чем их словари». Но это на самом деле не делает нас сколь-либо богаче лингвистически».

Но и среди исследователей «великого и могучего» есть лингвистические пессимисты, которые считают, что корни русского языка «бесплодны»: не рождают новых слов, а большинство неологизмов имеет иностранное происхождение.

Людмила Кругликова: Лингвист и философ Михаил Эпштейн утверждает, что в XIX веке было 150 слов с корнем «люб», а наши современники знают в три раза меньше. Между тем в «Словообразовательном словаре русского языка» Тихонова, насчитывающем около 145 000 слов современного русского литературного языка, имеется 310 слов с корнем «люб». А если считать начиная с первых памятников письменности, то получится 441 слово. В английском языке, по данным OED, только 108 лексем с аналогичным корнем (love) в начале слова.

Новые слова «про любовь» современные россияне производят?

Людмила Кругликова: В начале ХХ века появилось существительное «книголюб», а затем «природолюб», «однолюбка», «любовь-игра», «любовь-ненависть», «любовь-морковь», «безлюбье». При беглом просмотре я насчитала не менее 40 слов с корнем «люб», которые появились в XX — начале XXI века. В английском языке с корнем (love) только пять единиц вошло в язык в ХХ веке (с 1907 по 1989 год), а после этого времени ни одной.

Насколько активны сейчас наши соотечественники в политическом словотворчестве?

Людмила Кругликова: В этом отношении весьма интересно читать комментарии в Интернете. События на Украине вызвали к жизни такие лексемы, как майдауны, майданутые, онижедети, укры, укропы, псакинг, Фашингтон, Гейропа и другие. Приживутся они или нет, покажет время.

Наши депутаты периодически восстают против заимствований. Где их критический предел в языке? 70% — катастрофично?

Людмила Кругликова: По подсчетам лингвистов, во втором издании Вебстеровского словаря только 35% исконных английских слов, остальные 65% — заимствования. Но пока ничего катастрофического не случилось. Русский язык действительно испытывает большое влияние английского. Но обогащение его англицизмами наблюдается прежде всего в сфере необщенародной лексики, среди которой преобладают термины из области спорта, компьютерного дела, экономики, финансов. Плохо, если они начинают влиять на структуру языка. С русским этого не происходит. Иноязычные слова подстраиваются под систему, заимствованные корни обрастают русскими аффиксами, например: постить, смайлик, океюшки, лайкать и даже облайканный.

Людмила Кругликова: Над БАСом работают 5 штатных лингвистов, 3 совместителя и несколько сотрудников издательства. В год выходит в среднем по два тома. Над Оксфордским словарем работают 78 лингвистов, 46 внештатных сотрудников, а также 200 консультантов, штат программистов, маркетологов. Когда в нью-йоркском офисе Оксфордского словаря узнали о наших темпах работы мизерными силами, то план работы их сотрудников увеличили, а главного редактора отправили на пенсию.